Я работаю в гештальт-подходе. И понимаю, что описанное ниже, может вызвать дискуссии, а может и неприятие со стороны гештальт-терапевтов. С другой стороны, практикуя гештальт-терапию, работая с женщинами, а в последнее время очень много с мужчинами, изучая вопросы мужско-женских отношений, эволюцию полов, вопросы того «Чего хотят женщины?» и «О чем не плачут мужчины?», я стал наблюдать процессы, о которых идет речь в переводе, который сейчас Вам представлю. Кроме гештальт-терапии, я интересуюсь разными направлениями в психотерапии. В последние год+, в связи с моими мужскими процессами и интересами, особенно много — юнгианским психоанализом. Анима. Анимус. Тень. И так далее. У целостного человека Анима с Анимусом сбаланисированы примерно в равных долях. У меня, похоже, была крайне ярко выражена Анима – фемининная психическая часть: эмпатия, забота, чувствительность повышенная и т.п. Сейчас занимаюсь их балансировкой. Так вот. Для меня описанное ниже имеет смысл не только в связи с разными мужскими и женскими стилями коммуникации и восприятия, полученным от рождения, но и в связи с разным соотношением Анимы и Анимуса в психическом мире мужчины или женщины, которые формируются в процессе воспитания. Как-то так 🙂 В любом случае, думаю, что это интересный взгляд, основанный на результатах исследований, который может пригодиться (или не пригодиться) терапевтам, работающим с мужчинами (хотя я не со всем описанным согласен). Вуаля.
***
МУЖЧИНЫ В ПСИХОТЕРАПИИ
В кабинете психолога непонимание гендеро-специфических стилей коммуникации может привести к тому, что мужчины не получат ту помощь и психологическую поддержку, в которой они нуждаются. Есть много обстоятельств, при которых мужчины реагируют отличным от женщин способом, большое количество тонких различий. Все эти различия всплывают в клиент-терапевтических отношениях.
Например, преобладающее количество терапевтических техник сегодня предполагают, что клиент находится лицом к клиенту, один на один. Женщины обычно уютно чувствуют себя в такой обстановке. Но большинство мужчин, скорее встречаются один на один в комнате с кем-то, кто им не нравится, в ожидании потенциального конфликта, в то время как женщины скорее поворачиваются лицом к тому, кто им нравится, к потенциальным взаимоотношениям. В целом мужчины склонны реже, чем женщины, находится лицом к лицу по отношению друг к другу. Большое количество исследований свидетельствует о том, что мужчины реагируют значительно более негативно чем женщины в ситуациях, когда лицом к лицу к ним подходит незнакомец, которые испытывают больше неловкости и неудобства, когда к ним приближаются со стороны. В этом отношении наше поведение не сильно отличается от поведения приматов.
Мужчины склонны сидеть на большем расстоянии от незнакомых людей, чем женщины, которые располагаются ближе, особенно к другим женщинам. Женщины чаще прикасаются к женщинам, чем мужчины к другим мужчинам. Мужчинам обычно нравится иметь больше личного пространства вокруг себя, чем женщинам. Женщины чувствуют себя комфортнее, сидя напротив незнакомого мужчины, с которым не ожидают общения, чем рядом с мужчиной, с которым такое взаимодействие должно происходить. Мужчины, в свое время, предпочитают сидеть напротив незнакомца, с которым они собираются работать, чем того, кто остается отвлеченным от их совместного процесса. Не удивительно то, что в огромном количествен клинических отчетов о консультациях, о которых я слышал, женщины-терапевты часто говорят о том, что испытывают больше дискомфорта в работе один на один с мужчинами-клиентами, чем мужчины-терапевты в работе с клиентами женщинами.
Многочисленные исследования говорят о том, что женщины в большей мере используют зрительный контакт и переживают его более важным. Они могут воспринимать проявления мужчины, который смотрит в сторону, как сопротивление, избегание или индикатор его нечестности. Парадоксально то, что мужчина, который прямо сохраняет с ними контакт глаза в глаза, может быть воспринят, как проявляющий более неприемлемый интерес, чем если такой же способ поведения демонстрирует женщина. Мужчинам больше чем женщинам нравится, когда противоположный пол пристально смотрит на них. Но мужчины часто воспринимают пристальный взгляд со стороны мужчин как вызов, а со стороны женщин – как флирт. Мужчины часто заходят в тупик в связи с сигналами, которые они получают от женщин, которые, по их мнению, содержат двойные послания. Например, мужчины обычно улыбаются только тогда, когда говорят позитивные вещи. Но женщины, которые в целом смеются чаще мужчин, часто улыбаются, говоря о чем- о негативном или даже выражая гнев. Это часто сбивает мужчин с толку.
Мужчины как правило более разговорчивы в случае, если они не видят того, с кем разговаривают. Женщины чаще предпочитают видеть того, с кем они говорят. Например, мужчина может говорить с кем-то, ходя по комнате и находясь к собеседнику спиной периодически, не имея ввиду обидеть его или ее. Женщине скорее оценят такое поведение, как грубое. Иногда создается впечатление, что мужчины и женщины относятся к разным культурам.
В своем бестселлере, посвященном гендерным стилям коммуникации, «Ты просто не можешь понять», Дебора Тэннен делает вывод, пересмотрев огромное количество видеозаписей бесед разных людей: «Мальчики и мужчины сидят под углом друг к другу… и их взгляд никогда не направлен прямо на лицо собеседника-мужчины… Девочки и женщины в первую очередь сосредотачивают свой взгляд на лицах друг друга, периодически глядя в сторону, в то время как мальчики и мужчины удерживают свой взгляд на предметах интерьера, периодически бросая взгляды друг на друга. В одном случае мальчики даже выбрали сидеть параллельно друг другу, словно ехали в машине… Когда женщина смотрит на своего терапевта… она просто делает то, что она всегда делала… От мужчины же ожидается, что он будет делать что-то другое – что-то, в чем у него мало опыта, что-то, что ему даже может показаться делать неправильным. Провозглашать мужчин «отстраненными», основываясь на языке феноменологии их тела, похоже является преждевременным и несправедливым. Их оценивают согласно стандартам иной культуры».
Даже если мужчины сидят рядом и только иногда смотрят друг на друга, они часто синхронизируют свои движения, изменяя позиции, совершая жесты руками, которые свидетельствуют об очевидном вовлечении в общение друг с другом.
Приведенные выше исследования представляют лишь небольшую долю гендерных различий в чувствовании, коммуникации и социальном взаимодействии. Они содержат много смысла применительно к тому, как терапевты проводят свои терапевтические сессии. Мы не можем просто не обращать на них внимания, говоря мужчинам о том, что быть такими, как они есть неправильно или пытаться склонить их в большей степени к традиционно женскому способу чувствования и коммуникации.
Тэннен наблюдает, что неопытные терапевты-женщины часто лучше справляются со своей работой, чем неопытные мужчины-терапевты. Но эта разность со временем выравнивается. Она делает предположение о том, что причиной этого может быть то, что «в конечном итоге, возможно, мужчины-терапевты – и мужчины в терапии – научаются говорить как женщины. И это все идет им на пользу».
Но я не уверен в том, что польза есть от всего этого. Тэннен правда утверждает, что женщинам так же важно изучить способ коммуникации, характерный для мужчин. Но изучение «мужского языка» требует больше, чем тренинги по напористости, которые она предлагает. Способы, которыми мы подходим к исцелению мужских психологических ран могут иногда требовать полностью иного стиля, чем те, которые использовались.
Приход в терапию, своего рода инициация, для многих мужчин является несколько унизительным. Когда женщины подходят к терапии, они действуют более конгруэнтно своей традиционной гендерной идентичности. Женщины «должны» находиться в соприкосновении со своими чувствами и искать помощи в эмоциональных сложностях. Мужчины, однако, часто считают психотерапию диссонирующей их традиционной гендерной идентичности и переживания себя компетентными в этом мире. Следовательно, их гордость и сила нуждаются в уважительном отношении и считаются факторами, влияющими на их способность получать помощь.
Для мужчин, приходящий в терапию, факт обращения к терапевту является признанием собственной неудачи: они потерпели поражение в попытках жить согласно ролевой модели героя. Потому, вместо того, чтобы настаивать на том, что «мужчины не должны себя так чувствовать», нам нужно начать понимать культуру мужественности таким способом, который позволит организовать терапевтическую работу более осторожным способом по отношению к мужчинам в том, какие они есть сейчас. Тем не менее, многие терапевты сегодня идеализируют более андрогинный способ работы с мужчинами. Женщины могут высказать предположение о том, что возможно они не полностью понимать мужской опыт и попросить своих клиентов-мужчин поделиться этим опытом с ними. Эта просьба сама по себе может начать способствовать установлению клиент-терапевтического альянса, особенно с мужчинами, которые в жизни могут чувствовать оценочность или непонимание со стороны женщин.
Одна из тем, с которой мы работаем в нашей группе это преодоление нашей зависимости от женщин во всем, что касается наших эмоциональных потребностей. Многие мужчины легко начинают вести себя инфантильным образом в их отношениях с женщинами. Часто потребностью мужчин является зрелость и сепарация от матери, а не возвращение к ней. В определенные периоды своего развития, мужчинам может в большей мере быть необходима работа с мужчиной-терапевтом, обладающего глубокими взглядами на вопросы мужественности.
В любом случае, независимо от пола терапевта, четкое обозначение мужчинам-клиентам того, что они начинают временные отношения, поможет им лучше справиться с их изначальными страхами о становлении еще более зависимыми, страхами, которые могут повлиять на их решение об уходе из терапии в целом.
Мужчины обычно более комфортно чувствуют себя, разделяя близость с женщиной, но – парадоксальным образом – менее комфортно с женщиной, которую они воспринимают более властной, чем сами. Поэтому мужчины могут переживать себе немного более осторожными, возможно даже переживать опасность, в терапевтических отношениях с женщиной-терапевтом. Особенно это имеет место в случае с мужчинами, которые ищут помощи терапевта в связи со своим девиантным поведением. Когда мужчинам удается пройти через этот страх и начать искать помощь, они сперва так же гораздо в большей степени защищаются, чем женщины. Но это не означает, что они сопротивляются терапии.
Многие мужчины, такие как Джек и Карл, чувствуют, что в терапии пар, часто именно их считают проблемой. Возможно им было бы более комфортно встречаться с терапевтической командой, состоящей из мужчины и женщины, чем с одним терапевтом, в чьей нейтральности они сомневаются. Большинство терапевтических сессий, посвященных семейным системам, только выиграют от присутствия котерапевта-мужчины.
Во многих случаях групповой терапевтический опыт для мужчин может быть более эффективным, чем индивидуальная терапия. Находясь в консультационном кабинете, мужчины могут лучше чувствовать себя, если стулья находятся под углом друг к другу, более конгруэнтно их традиционно предпочитаемому стилю общения, находясь бок о бок.
Если психология начнет занимать позиции, где мужчины в большей степени получают поддержку, мы увидим огромное количество других изменений. Больше мужчин начнут пользоваться психологическими услугами, вместо того, чтобы страдать молча и в одиночестве. Именно так обстояли дела в нашем локальном мужском центре здоровья и терапевтических услуг.
В терапевтическом поле есть огромное количество благонамеренных, талантливых, поддерживающих мужчин терапевтов-женщин. Я не намекаю на то, что эти женщины не способны поддержать исцеление мужчин. Во многих случаях или на определенных этапах развития, мужчина может получить больше от работы с женщиной-терапевтом, чем с мужчиной. Например, мужчина, который был ранен в отношениях с другими мужчинами, может не идти на терапию – они будут искать только женщину-терапевта. А женщины так же могут быть способными помочь мужчинами проработать многочисленные вопросы касающиеся близости с женщинами, отношений с их матерями или другими значимыми женщинами, где не всякий мужчина-терапевт сможет без труда справиться.
Но мужчинам стоит быть осторожными в отношениях с женщинами и мужчинами, которые не проработали свои собственные негативные проекции к мужчинам, как к гендерной группе.
Отрывок из книги: Aaron Kipnis «Knights Without Armour»
Перевод: Дмитрий Чабан. Киев. Март 2019
***
Стереотипы о мужчинах. Стереотипы о женщинах. Негативные проекции на обе гендерные группы. Токсичная фемининность и токсичная маскулинность. Приходите на терапию – люблю, среди прочего, работать с этой очень близкой для меня темой.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s